Традиции лезгин: Без названия — Традиции и обычаи лезгин

Без названия — Традиции и обычаи лезгин

Обычаи гостеприимства, куначества (дружеской взаимопомощи) и кровной мести исторически являлись неотъемлемой частью быта лезгинского народа.

Детей можно было обручать в раннем возрасте и даже еще не родившихся. Этот обычай выражал стремление закрепить родственные и дружеские связи между семьями. Кроме того, бездетные женщины, вместе отправляясь к священным местам, давали обет в случае появления на свет у одной мальчика, а у другой девочки, сочетать их браком.

Практиковалось похищение невесты. Если оно совершалось с согласия девушки, через некоторое время ее родственники примирялись с этим.

Калыма (выкупа за невесту) у лезгин не было, но за невесту вносили определенную плату ее родителям.

Лезгины Самурского округа выплачивали определенную сумму для содержания жены в случае развода. Родители жениха делали родственникам невесты подношения в виде различных предметов одежды и продуктов. День обручения согласовывался после достижения договоренности об условиях выплаты. В этот день все родственники жениха направлялись в дом невесты. Ей делали дорогие подарки и надевали на палец кольцо из золота или серебра. Период между обручением и свадьбой мог длиться до пяти лет. Этот срок зависел от возможности жениха сделать свадебные подарки. Невеста тем временем готовила приданое. Жених и невеста до свадьбы не разговаривали друг с другом и избегали возможных встреч.

Во время праздников или по случаю приезда кого-либо из родственников родители жениха посещали невесту с подарками. После этого визита жених был обязан уплатить обещанную сумму, а невеста должна была сшить себе все наряды и закончить последние приготовления к свадьбе.

В первый день свадьбы в дом приходили трое музыкантов. Родственница жениха выносила поднос, на котором лежали предназначенные для них три платка, три чурека (хлебные лепешки), три пары носок. Этот момент считался началом свадебных торжеств.

На второй день гости одаривали жениха и невесту. Практически все жители села относили в дом жениха по 3 – 5 кг муки или зерна. Невесте дарили предметы домашнего обихода: сумки, накидки для седла, носки, платочки. В дом невесты приходили жених, священнослужитель, кадий (судья), два свидетеля и два друга жениха. Со стороны невесты присутствовали отец и дядя. Свидетели задавали вопрос о согласии жениха и невесты вступить в брак. За невесту отвечал дядя или отец. Мулла после прочтения молитвы утверждал совершение брачного обряда.

Затем жених уходил к своему дяде по линии матери, где в одной из комнат расстилал скатерть, куда родственники и друзья клали деньги. Скатерть затем пряталась в сундук для новобрачных и извлекалась женихом в первую брачную ночь. Деньги жених оставлял себе, а скатерть с лакомствами полагалось отдать человеку, который прятал ее в сундук.

На третий день невесту перевозили в дом жениха. Во время свадьбы молодожены не имели права встречаться друг с другом. Жених постоянно находился со своими шаферами, которых было двое. Один из шаферов был родственником, другой – другом. Шаферы выполняли функцию телохранителей. Импровизированный свадебный обряд «умыкания» у лезгин отличался от аналогичного обряда у большинства горских народов тем, что «жертвой умыкания» была не невеста, а жених.

К вечеру свадебная процессия двигалась в путь за невестой. Из дома выходила жена дяди, снимала с винтовки кусок мяса и привязывала к ней узорчатые шерстяные носки, что означало готовность невесты выйти из дома. Во время движения неотъемлемым атрибутом процессии была джигитовка со стрельбой. Когда свита жениха подходила к дому невесты, ее прятали в одной из комнат и не выпускали до уплаты женихом выкупа. Затем она одевалась в свадебные наряды. Из дома невесту выносили на руках. Ее лицо было скрыто красной вуалью – символом невинности. При входе в новый дом невеста «случайно» разливала воду из кувшина, так как лезгины считали, что это обеспечивает хорошие отношения с божествами дома. Невесту приводили в отдельную комнату, где она принимала поздравления с новым очагом. Первой невесту поздравляла свекровь, которая давала ей в руки мальчика, чтобы будущая мать родила первенца-сына.

У лезгин существовал обычай демонстрации брачной постели для доказательства целомудрия новобрачной. Если невеста оказывалась не девственницей, то жених сообщал об этом своим шаферам и имел право сразу же развестись и отправить ее в дом к родителям. Как правило, такая женщина заканчивала жизнь самоубийством.

Лезгинская свадьба протекала весело, особым уважением пользовались гости и старики. Когда в сопровождении нескольких женщин молодая впервые входила в хозяйственную комнату свекрови, та осыпала ее мукой, а невеста кидала в огонь горсть муки в знак того, что она стала законной хозяйкой домашнего очага.

При родах из дома уводили отца будущего ребенка. Тому, кто сообщал ему о рождении ребенка, полагался подарок. Появление на свет сына было более радостным событием, чем рождение дочери. Имя ребенку давал кто-либо из старших родственников. Это сопровождалось угощением и семейным праздником. По традиции ребенка нарекали именем умершего родственника или деда.

День весеннего равноденствия – 22 марта  – считался началом нового сельскохозяйственного года. Это событие отмечали праздником «яран-сувар» (красный праздник). Вечером 21 марта у домов зажигали костры. Каждое селение и каждая семья стремилась сделать свой костер ярче других. У ворот от имени больных и малолетних выставляли факелы. По поверьям лезгин, огонь очищает тело, сжигает грехи, укрепляет организм. Через огонь прыгали, приговаривая магические заклинания об избавлении от грехов. На огонь нельзя было долго смотреть. Было в обычае украсть горящее полено или головешку из костра чужого селения. Потеря огня считалась позором, а похищение – геройством. Одно-

временно с зажиганием огня стреляли из ружей. В некоторых селах дети сбрасывали под гору деревянные горящие обручи. Детей одаривали сладостями, которые укладывались в мешочки, спускаемые через дымовые и световые отверстия крыши.

22 марта надевали новую одежду, «чтобы весь год ходить во всем новом». Днем готовили праздничное кушанье из разваренных пшеничных зерен, грецких орехов с бараньими и коровьими ножками. Проходило шествие ряженых. Два человека в масках с рогами в сопровождении других людей шли через селение, устраивая перед каждым домом импровизированную борьбу, в процессе которой один ряженый падал. Победитель спрашивал: «Что хочешь?». Проигравший называл определенный вид традиционных угощений (яйца, орехи, сушеные фрукты), и хозяева дома их выносили. Полученные дары делились поровну между всеми участниками процессии, после чего начиналась игра в разбивание яиц. Победителем считался тот, кто разбил чужое яйцо. Изображавший лису ряженый, в вывернутой наизнанку шкуре, в сопровождении музыкантов и певцов подходил к каждому дому, ложился на землю и требовал угощений, которые затем также делились поровну между участниками шествия.

С началом посева яровых и озимых культур был связан обряд первого сева (как весеннего, так и осеннего). С началом работ каждая хозяйка брала с собой хлебную лепешку и угощала ею первого встречного человека. Приступая к посеву, крестьянин рукой проделывал углубления в земле, куда клал зерна. Если из какого-либо отверстия зерна не давали всходов, то этот палец считался «неугодным» богу, и крестьянин завязывал его на период посевных работ.

Сбору урожая черешни также был посвящен  праздник. Начало его приурочивали к базарному дню. В богатые черешней селения приезжали лезгинские семьи, которые покупали черешневые деревья. Несколько дней семьи жили в саду, вкушая плоды с приобретенных деревьев. Торжество сопровождалось играми, танцами и пением.

Праздник цветов отмечали походом юношей и девушек в горы за цветами. Торжеством руководил молодой и предприимчивый мужчина («шах»). Молодые люди заранее готовили к празднику нарядную одежду и запасы продовольствия. В назначенный день юноши и девушки в сопровождении барабанщика шли к селению, где плясали и состязались в силовых упражнениях. Победители получали от девушек призы – кисеты и носки. Торжество могло продолжаться до трех дней.

По одному из обычаев, быка коричневого цвета, купленного на деньги сельской общины, трижды обводили ночью вокруг селения, а потом убивали. Мясо раздавали всем семьям села. Считалось, что такое «жертвоприношение» должно предохранить скот от гибели. Существовало предписание, согласно которому в жертву приносили любое животное, кроме козла. Этот обычай был связан с поверьем, согласно которому козлы – животные с холодными губами, и боги не примут такую жертву.

Вызывая солнце, группа людей наряжала деревянную куклу. Ее облачали в платьице, на голову надевали красный платок, на шею – бусы. Куклу держала в руках женщина, которая ходила по дворам и распевала песню, вызывающую солнце.

Для совершения обряда вызывания дождя из числа наиболее бедных, нуждающихся людей выбирали человека, которого наряжали в костюм из больших зеленых листьев. На голову ему надевали железный таз. Ряженый ходил по дворам. Хозяйки сначала обливали его водой, а затем одаривали яйцами, деньгами, хлебом, сыром и медом. После обхода домов вся группа отправлялась на «священный пир», после которого хором произносили слова, взывающие к дождю. Угощения делились между присутствующими, при этом лучшая их часть отдавалась ряженому.

Лезгинский фольклор необычайно богат. Он включает эпос, сказания, песни. Их исполняли народные певцы – ашуги. Национальные музыкальные инструменты лезгин – саз и тар (смычковые), зурна и свирели (духовые), барабаны.

Лезгины. История, культура, традиции. Пища (Мадлена Гаджиева, 2011)

Что ели наши предки?

В основном питались мясом, молоком и растительной пищей. Летом – больше молочными продуктами, изредка дополняя рацион мясом. Зимой ели основательно: сушеное мясо,

дулдурма (домашняя колбаса), мучное.

Во внутреннем дворике каждого дома обязательно была печь для выпечки хлеба – хьар, тандыр или садж. Хлеб в основном пекли из пресного теста – он дольше сохраняется свежим. Из дрожжевого теста готовили комба – вкусный пирог с начинкой из сушеного мяса, овечьего сыра, лука. А еще выпекали фигурные хлебцы в виде сумочек, петушков, разных зверушек для детей.

Другой вид пирогов – афарар – делали в основном весной, летом и осенью. Тесто тонко раскатывали и начиняли зеленью, тыквой или творогом. В общем, те же самые чуду, которые вы любите, только приготовленные из горных трав и на огне. Объедение!

Ну и, конечно, хинкал во всех его видах – тонкий или с начинкой из мяса, творога, свежей зелени и даже вишни. У лезгин хинкалы с начинкой называются пичекар. Это те же курзе или пельмени.

Широко распространено было толокно (сав) – мука из жареной пшеницы и конопли. К нему добавляли мед, масло и немного молока, все замешивали и закатывали в шарики. Получалась питательная и вкусная еда, поэтому сав брали с собой в дорогу, так как он долго сохранял вкусовые качества.

Первый хлеб имел вид жидкой каши. Она и является прародительницей хлеба. Это древнее блюдо у лезгин называется хешил – каша из пшеничной муки. Когда научились печь хлеб, хешил, как ритуальное блюдо, готовили при рождении ребенка.

Варили хешил так. Сначала воду кипятили, затем снимали кастрюлю с огня. Отливали немного воды. В кастрюлю клали муку и мешали до образования густой кашицы. После этого доливали кипяченую воду и ставили на огонь. Через час вновь мешали, снимали кастрюлю с огня, выкладывали готовую кашу на медное блюдо, а посередине делали углубление, куда наливали масло, мед, молоко.

Помню, когда мы были маленькими, мама готовила хешил по воскресеньям. Нам было интересно наблюдать – хешил разбухал прямо на глазах, а когда варился, булькал, он казался нам каким-то космическим пришельцем. Надо попросить бабушку сварить вам хешил, попробуете. Знаю, понравится.

Еще при рождении ребенка обязательно готовили исиду – халву: растапливали сливочное масло, смешивали с пшеничной мукой, затем все это жарили до появления аромата и добавляли мед. Когда исида остывала, ею угощали собравшихся родственников и соседей.

Из напитков у лезгин был распространен тIач – приятный на вкус кисловатый напиток. Для него особо готовили муку. Сначала зерна проращивали: пшеницу замачивали в горячей воде в специальном сосуде или мешке и сверху прикрывали кавалами (теплыми овчинными шубами). Через два-три дня зерно прорастало, после чего его сушили на солнце и мололи на мельнице. Для приготовления тIач муку разбавляли водой и размешивали до образования жидкой кашицы. Затем добавляли закваску – такую же кашицу, что оставили с предыдущего раза. Квасили тIач вечером, а утром варили на медленном огне, постепенно помешивая. Затем разливали в тарелки, добавляли толокно и ели.

Это кушанье готовили только зимой. Считалось, что тIач придает силы, сохраняет тепло в теле.

Чтобы дети не простудились, их не выпускали на улицу до тех пор, пока они не поедят тIач.

Хотя тIач отдает немного хмелем, из него не делали алкогольных напитков.

И вообще, хмельные напитки у лезгин не имели распространения. Пили родниковую воду, молоко, кефир (маст).

Позже распространилось чаепитие. Чай пили круглый год: и в жару, и в холод. Когда к лезгинам приходили гости, в первую очередь подавали чай, а потом подносили остальные угощения. Считалось, что стакан чая перед обедом вызывает аппетит и еда лучше усваивается. И только сейчас ученые выяснили, что полезно выпить чай, а потом приступать к еде. Вот это и есть народная мудрость – сначала народ догадывается и делает, а потом ученые подтверждают, что это правильно.

Пищу готовили и ели в хозяйственной комнате – хзандин кIвал (семейная комната). На полу, поверх паласа, расстилали скатерть или ставили низенький столик, посередине клали хлеб и поднос (сини) с обедом. Дети и старшие члены семьи ели вместе. Для главы семьи обязательно подавали отдельную тарелку. И из этого блюда никто не ел. Когда он отсутствовал, блюдо оставалось пустым.

Хозяин занимал почетное место у очага, и никто из семьи там не садился. Вот такие были строгие обычаи.

Когда приходил гость, мужчины обедали отдельно в гостевой комнате, а женщины – позже в хозяйственной. Выражаясь современным языком, мужчины – в зале, женщины – на кухне.

Готовя еду, женщины соблюдали ряд правил: чтобы руки были чистыми, ногти подстрижены, волосы на голове спрятаны под чухтой. Посуда содержалась в чистоте, продукты для обеда были свежими и чистыми.

Считалось большим позором для хозяйки, если в пище обнаруживалась какая-нибудь посторонняя вещь.

Когда выбирали невесту для сына, у соседей или знакомых спрашивали, аккуратно и вкусно ли готовит ее мать. Поэтому женщины-хозяйки учили дочерей всем премудростям кулинарии.

На свадьбу, помимо плова, исида, шашлыков, афарар и кумба, готовили традиционное блюдо шурва. В большие медные тридцатилитровые казаны клали мясо, заливали водой доверху и варили 3–4 часа. Затем добавляли острые приправы, позднее стали класть картофель и томаты. Получалось очень вкусно. До сих пор в лезгинских селах на свадьбах шурву обязательно готовят.

Хочу рассказать вам еще про один хороший обычай наших предков. В семье, где умер человек, сами хозяева ничего не готовили. О еде для членов семьи и приходящих выразить соболезнование заботились родственники и соседи. Вот в таком духе взаимопомощи и добрососедства жили лезгины.

Когда наступало время, называемое хиб (с 21 февраля по 6 марта), отмечался праздник Хидир неби. Это единственный лезгинский праздник, во время которого готовились специальные блюда. Он очень древний и связан с языческим культом огня. Хидир неби – своего рода лезгинский Прометей, когда-то даровавший людям огонь, поэтому так и почитаем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Поселения лезгин. Лезгины. История, культура, традиции

Поселения лезгин

Места для поселений лезгины выбирали на южных сторонах гор, юго-востоке, юго-западе. Села застраивались так, чтобы дома на естественных укрепленных местах служили крепостями. Войти в село можно было по одной или двум тропам, которые закрывались на ночь воротами.

Дома лепились на крутых склонах и по гребням гор, улицы были узкие, запутанные и часто проходили под домами. Почти все старые селения лезгин были расположены в совершенно неприступных и

непригодных для земледелия местах. Земля в горах очень ценилась, и участки старались сохранить под посевы.

И летом, и зимой при солнечной погоде почти все домашние работы мужчины и женщины выполняли на свежем горном воздухе: мужчины – на квартальной площади (ким), женщины – на плоских крышах домов (гуьнедив). Поднимутся женщины на крышу, подставят спины солнцу и давай работать: шерсть чесать, вязать носки, перебирать горох, раскладывать на сушку фрукты, а заодно переговариваться с соседками, узнавая последние новости. Как говориться, совмещали приятное с полезным, не тратя время на походы по гостям.

Дома строили из речного камня и глиняных кирпичей, обожженных на солнце.

Перед началом строительства дома хозяйка с женщинами отправлялись на священное место – пIир с чуреками и халвой. Там они читали молитву и просили бога, чтобы в новом доме жилось хорошо. Потом детям-сиротам раздавали освященные хлеб и халву. После этого хозяин дома устраивал угощение: резали барана, готовили шурву (мясной суп) и приглашали родственников и соседей. За едой хозяин объявлял о начале строительства. Все поздравляли его и желали удачи.

Родственники и соседи помогали в работе. Они также по очереди приносили еду мастерам, строящим дом, или приглашали их к себе на обед.

Старые поселения лезгин делились на кварталы (магьле). Центрами горного аула были мечеть (мискIин) и ким – годекан, где взрослые мужчины собирались для решения общесельских и личных проблем. При этом выполняли какую-нибудь работу – точили ножи (чукIул), делали шаламар (обувь), изготовляли ложки и прочее. В общем, проводили время с пользой.

Кладбище располагалось на окраине селения. Святые места – пиры, которые были во всех горных селах, обычно находились в окрестностях селения.

Сейчас во многих сельских домах есть паровое отопление, проведен газ. А раньше печку, что грела одну комнату, топили кизяком (купар) и дровами. Кстати, кизяк – это высушенный в форме лепешки коровий помет. Как говорится, в хозяйстве ничего не пропадало.

Очаг у лезгин, как и у всех горцев Дагестана и Кавказа, был символом семейного благополучия. Недаром в народе для пожелания добра или зла говорили: «Ви къул къени хьуй», «Ви къул туькъуьрай» («Да будет благословен твой очаг», «Да погаснет твой очаг»).

Аул — хуьр.

Улица — куьче.

Дом — кIвал.

Крыша — къав.

Лестница — гурар.

Балкон — айван.

Комната — кIвал.

Дверь — рак.

Окно — пенжер.

Пол — чил.

Ключ — куьлег.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читать книгу целиком

Поделитесь на страничке

Лезгинский Новый Год — Яран Сувар — 13 Марта 2019, Традиции Лезгин

И. Гаджимурадов (Бонн/Германия)

Праздник весны Яран Сувар, который занимает особое место в культуре лезгин, часто неверно воспринимается как заимствование из иранской культуры (Науруз/Невроз у иранцев, таджиков, курдов и т.д.). Однако при исследовании древних корней данной традиции выясняется, что этот праздник первоначально был xарактерным для оседлых земледельческих культур Передней Азии и Кавказа. Хотя не исключено, что подобные аграрные традиции могли зародиться вне зависимости от развития земледелия в древних очагах его зарождения в Передней Азии, логично предположить, что культовые аграрные традиции зародились изначально именно там, где зародилось само земледелие, то есть в Передней Азии и на Кавказе.  

В богатых осадками плодородных предгорных регионах Загроса, Анатолии и Закавказья сохранились следы древнейших земледельческих цивилизаций со своими характерными отличительными признаками, которые неотъемлемо связаны с особенностями материальной и духовной культуры древнейших земледельцев (специфические культовые сооружения, жилища, орудия производства, керамика и т.д.). Специалисты установили, что предполагаемый ареал распространения прасеверовосточнокавказского языка-основы полностью совпадает с географией бытовавшей на указанных выше территориях Кура-Араксской раннеземледельческой культуры, гомогенно развивавшейся на протяжении VI – III тыс. до н.э.. В связи с массовым проникновением иноязычных культур (в первую очередь индоарийского происхождения) распад этой культурной общности к концу III тыс. до н.э ускорился, причем языковая конвергенция началась еще раньше и привела к распаду языковой общности на нахско-дагестанские и хуррито-урартские языки. В течение последующих тысячелетий местные кавказоязычные народы были ассимилированы или вытеснены в высокогорные районы. Результаты этого «отступления» и локальной сегментации, а также обособления местных этнических единиц в первую очередь вдоль русел горных рек, наглядно отображены на этнолингвистической карте Восточного Кавказа. 

Геоботаники считают, что Восточный Кавказ следует относить к очагам первоначальной земледельческой культуры, и включают его вместе с Закавказьем в юго-западноазиатский центр происхождения культурных растений. Преобладание продуктов земледелия в рационе народов Дагестана настолько значительное, что оно нашло отражение в соответствующей культурной лексике – выражение «кушать» в лезгинском и некоторых других дагестанских языках звучит как «кушать хлеб». О важном значении хлеба свидетельствует также изобилие названий его разновидностей в местных языках и многообразие ритуальной пищи на основе злаков. При сравнительном изучении языков горцев филологи установили также, что к одному из самых древних пластов общей лексики дагестанских языков относятся почти одинаковые обозначения пахотных орудий, пашни, зерна, злаков, быка/вола (плужное земледелие) и т.д. При этом не отмечается схождений в скотоводческой лексике, что подтверждает исконно второстепенную роль скотоводства в хозяйстве горцев и распространение скотоводства в более поздний период. Характерны также реликты культа солнца и быка, наблюдаемые, например, в местной орнаментике, что также являлось атрибутами именно земледельческой направленности хозяйственной деятельности древних дагестанцев. Об исконно аграрной составляющей хозяйства горцев Дагестана свидетельствует также террасное земледелие — плодородная почва из речных долин транспортировалась высоко в горы и размещалась на искуственных террасах, высеченных в скалах. 

Важнейшим элементом аграрных культур изначально являлся особый календарь, основанный на солнечном цикле. Реликтом такого древнего солярного календаря является сельскохозяйственный календарь лезгин, который делится не на месяцы, а на циклы (большей частью 15-дневные), соответствующие определенным сельскохозяйственным работам, особенностям климата в данный период, порядковому расположению в определенных временах года и т.д. Ниже приводятся наименования делений лезгинского календаря:

Весна (по-лезгински гатфар) 

Яр: 21 март — 4 апреля

Алкьвар-далкьвар: 5 апреля — 9 апреля

Элхен-гелхен: 10 апреля – 14 апреля

УрукIун-турукIун: 15 апреля — 21 апреля

Гатфарин цIиг: 22 апреля — 6 мая

Тумар: 7 мая — 21 мая

ЧIим: 22 мая — 6 июня

Рагъ: 7 июня — 21 июня

Лето (по-лезгински гад)

Ракъар: 22 июня – 6 июля

Хиб: 7 июля — 21 июля

Чиш: 22 июль- 5 август

Гатун цIиг: 6 август — 20 август

ЧIем: 21 августа — 4 сентября

Кьуьгъвер: 5 сентября — 19 сентября

Осень (по-лезгински зул)

Зулун къар: 20 сентября — 4 октября

Зулун тумар: 5 октября — 19 октября

Зулун цIиг: 20 октября — 4 ноября

Зулун ригъ: 5 ноября — 19 ноября

Зулун хиб: 20 ноября — 4 декабря 

Аязар: 4 декабря — 19 декабрь

Зима (по-лезгински кьуьд)

Рагъ элкъвей къар: 20 декабря — 4 января

ХъуьтIун къар: 5 января — 19 января

ХъуьтIуьн цIиг: 20 января — 3 февраля

ХъуьтIуьн чиш : 4 февраля — 18 февраля

ХъуьтIуьн хиб: 19 февраля — 5 марта

ХъуьтIуьн кьуьгъвер: 6 марта — 20 марта

Список, приведенный выше, является сводом известных на сегодняшний день данных, требующим доработки и уточнения, так как тема кавказских сельскохозяйственных календарей изучена недостаточно. Многие из приведенных наименований пока не поддаются «расшифровке» с помощью лексики лезгинского языка (напр. алкьвар-далкьвар, элхен-гелхен, урукIун-турукIун и т.д.). Можно преположить, что не поддающиеся толкованию на основе современного лезгинского языка наименования сельскохозяйственных периодов являются именами древних языческих божеств, или небесных светил, которым были посвящены аграрные календарные циклы. Подобные парные имена божеств известны из древнего пантеона хурритов, населявших горные регионы Анатолии в III — II тысячелетиях до нашей эры (Мунки-Амунки, Нара-Намшара, Мунтара-Мутмунтара и т.д.). Сравнительное изучение лексики родственных лезгинскому языков может пролить свет на секрет этих загадочных древних наименований в календаре. 

Характерно, что особое положение в сельскохозяйственном календаре лезгин занимает весна, которая характеризуется наибольшим числом своих циклов – их целых восемь, тогда как число циклов в другие времена года ограничивается шестью 15-дневными циклами. Кроме того данный список позволяет утверждать, что свой календарь лезгины издавна привели в соответствие с важными астрономическими наблюдениями: день весеннего равноденствия – яр, дни летнего и зимнего солнцестояния – ракъар, рагъ элкъвей къар, что в переводе означает «дни солнца, дни завершения солнечного цикла». 

Что касается наименования Яран Сувар, то здесь лексика лезгинского языка позволяет дать исчерпывающий ответ на вопрос о происхождении данного термина, что в свою очередь проливает свет на историю возникновения этого древнейшего аграрного праздника. Слово яр/яру/иер имеет в лезгинском языке множество родственных между собой значений «невеста/любимая, утренняя заря, красный, красивый, весна, праздник весны, праздник нового года, пятнадцатидневка, исчисляемая с 21 марта». Исконное значение здесь, очевидно, «(красная) заря» (ср. табасаранское уьру «красный», лакское оьру «бурый», чеченское ‘уьйрие «утро»). 

Интересен тот факт, что день весеннего равноденствия 21-го марта у лезгин считался началом нового года. Это объясняется тем, что отсчет годичных солнечных циклов у древних земледельцев велся первоначально по празднику в канун дня весеннего равноденствия, совпадавшего с началом полевых работ нового сезона. По значимости, обрядовому богатству и массовости Яран Сувар превосходит все другие народные торжества. Лезгины с особой тщательностью готовились к этому празднику: белили свои дома, делали «генеральную уборку» в доме и на дворе, пекли особые пироги, варили особые культовые напитки, наряжались сами и украшали своих домашних животных, разводили ночью костры, устраивали народные гуляния и т.д.. Следует также особо отметить культовое значение красного цвета во время праздника: быкам на шею повязывалась красная лента, женщины надевали на свои запястья браслеты из нитей красного цвета, что является реликтами солярного культа. 

Солярный календарь, которым пользуются сегодня почти во всем мире, для большей точности и простоты исчисления привязывается к лунному циклу, отсюда, в частности, его деление на месяцы. Примечательно, что в известных нам латинских наименованиях месяцев сохранилась традиция исчисления года, начиная с марта. Сентябрь, октябрь, ноябрь и декабрь являются соответственно латинскими терминами, означающими в переводе седьмой, восьмой, девятый и десятый месяц, если начинать отсчет именно с марта, а не с января, что потдверждает предположение о том, что новый год и в древнем Риме начинался в марте. Реликтом древнего аграрного праздника весны, приходящегося на период, непосредственно связанный с днем весеннего равноденствия в конце марта, является праздник Пасха (в григорианском календаре праздник приходится на период между 22 марта и 25 апреля). Несмотря на общепринятую в христианстве и иудаизме традицию увязывать эту дату с важными с религиозной точки зрения соответствующими событиями (Воскресение Христа, исход евреев из Египта), аграрный характер праздника, несомненно более древнего, чем соответствующие религии, совершенно четко прослеживается. Целый ряд соответствий, например, с лезгинским Яран Сувар (народные гуляния с разжиганием костров, ритуальные крашеные яйца, особые пироги, символика обновления природы, дата проведения и т.д.) не оставляет места для иного толкования данной древней традиции, которая семитами, для которых земледелие исконно было чуждым, вероятно была заимствована у оседлых аграрных обществ Древнего Востока.

Семантическая и лексическая связь приведенных выше лезгинских терминов яр/яру/иер между собой очевидна, поэтому утверждения о том, что некоторые из приведенных лексем могут быть заимствованиями из других языков не имеют под собой основания. Наоборот, соответствующие лексемы в других языках могут быть ранними заимствованиями из древних языков Кавказа и Передней Азии, родственных современным лезгинскому и другим северокавказским языкам. Факты такого заимствования из прасевероавосточнокавказского в древние индоевропейские языки известны лингвистам. Поэтому не случайны по всей видимости лексические параллели лезгинскому понятию Яр в индоевропейских языках, например Ярило/Ярила, ярый, яркий, яровая (пшеница), ярка в славянских языках. Характерное наименование периода времени, исконно отсчитываемого от дня весеннего равноденствия в марте, сохранилось в других индоевропейских языках: эра в греческом языке, year/Jahr в германских языках и т.д.. 

Солярный календарь, в отличие от календаря исконно кочевых народов (например арабов), основанного на лунных циклах, мог возникнуть только у оседлых, т.е. земледельческих народов, так как солнечные циклы в отличии от лунных можно наблюдать и измерять, только постоянно проживая на одном и том же месте и используя специальные астрономические приборы, которые в древности заменяли монументальные сооружения, расположенные в особом порядке, сообразно необходимости регулярно наблюдать за «координатами» восхода и захода солнца. Монументальность этих сооружений (например, Стоунхендж в Англии, III тыс. до н.э.) диктовалась не только их культовой значимостью, но также тем обстоятельством, что для точности обсервации солярных циклов требовалась особая стабильность и незыблемость этих каменных «солнечных часов» древнего мира, так как солярные календари были результатом постоянных наблюдений за солнечными циклами на протяжении многих лет, а может быть и столетий. Такие монументальные сооружения были под силу только высокоразвитым обществам, обладающим достаточными техническими средствами и людскими ресурсами для изготовления, транспортировки и надлежащей установки гигантских каменных блоков. Организацию и мотивацию людских масс при строительстве мегалитовых сооружений нельзя объяснить иначе как наличием устоявшихся религиозных культов, во главе которых стояли жрецы, которые и были, по всей видимости, первыми астрономами. Реликты подобных солярных «каменных обсерваторий» и по сей день сохранились в горах Восточного Кавказа – старики в высокогорных селениях указывают на искуственные каменные нагромождения по гребням ближайших к селам гор, когда рассказывают, как в давние времена по месту восхода и захода солнца определяли по этим ориентирам начало праздника Яран Сувар. Исходной точкой наблюдения был при этом один из огромных валунов, врытых в землю на киме, лезгинском годекане. Можно предположить, что само аварское слово годекан (соответственно ким, гим, гимга, гъудикан и т.д. у лезгин и других дагестанских народов) исконно было обозначением мегалитового каменного строения, служившего своеобразной обсерваторией. С утратой своего исконного культового назначения годеканы, на которых в древних горных селениях до сих пор сохранились врытые в землю массивные каменные или деревянные блоки, превратились в своеобразные «клубы» для встреч местного мужского населения. Показательно, что мечеть в селах строилась часто в непосредственной близости от годекана, что подтверждает его прежний культовый характер. Их исконно культовое, а именно «астрономическое» назначение, подтверждается также тем обстоятельством, что древние годеканы никогда не размещались в закрытых помещениях. Старики, закутавшись в овчиные шубы, нередко проводили всю ночь на годекане, следуя древней традиции наблюдать за движением небесных светил не только днем, но и ночью. С изобретением часов и введением современного летоисчисления необходимость в таких древних обсерваториях отпала, однако в древние времена было очень важно точно определить время весеннего равноденствия, другие аграрные циклы, чтобы своевременно начать или закончить сельскохозяйственные работы.

Праздник весны и начала нового сельскохозяйственного сезона сохранился у многих кавказских народов до сих пор (у некоторых в форме праздника весеннего «выхода плуга»). Исконный смысл праздника заключался в представлениях древних земледельцев: начало нового года отождествлялось с бракосочетанием богини весеннего плодородия с верховным богом (у лезгин соответственно богиня плодородия и весеннего солнца Яр и бог-громовержец Алпан): бог, часто изображаемый в иконографии с рогами, булавой и связкой стрел (символика быка-производителя, вспахивающего землю, а также грома и молнии), одаривал землю своим животворящим семенем – дождем, в результате чего оплодотворялась земля, символом которой являлась женщина/жена/невеста, «рожавшая» злаки и т.д. Соответствующий феномен «священной свадьбы» известен с древневавилонских времен и характеризует весеннее обновление природы. С указанным культом связан по всей видимости сохранившийся до недавнего времени у лезгин обычай, произносить заклинания, направленные на вызов дождя в засуху или на прекращение продолжительных дождей, во время которого участники ритуала обращаются к небу (к Алпану?), держа в вытянутых руках особые куклы, наряженные как невесты. Семантика этой «священной свадьбы», по-гречески hieros gamos, означавшая у древних греков бракосочетание богини Геры (Hera) и бога-громовержца Зевса (Zeus), почти идентична исконному значению лезгинского выражения «яран сувар», так как и лезгинский речевой оборот переводится как «праздник» богини Яр. Символом этой священной свадьбы у лезгин считалась весенняя радуга Яргъи-Руш, наименование которой часто неверно толкуется как «длинная девушка», так как исконное значение этого имени «дочь богини Яр, дочь солнца». 

Символика циклического весеннего обновления природы совершенно четко прослеживается как у древних греков, так и у лезгин. Характерно, например, что в греческой мифологии Гера, имя которой созвучно с именем лезгинской богини Яр, каждый год перед вступлением в брак с Зевсом совершала омовение в священной реке, восстанавливая таким образом свою девственность. В качестве параллели здесь можно привести один из вариантов перевода имени Яр с лезгинского языка, который звучит как «невеста». 

Свидетельством особой древности весеннего праздника земледельческих культур Древнего Востока является упоминание в источниках II тысячелетия до н.э. из Алалаха, Нузи и Угарита весеннего месяца и праздника у хурритов под названием hiyara/hiyari. Характерно также, что термин «золото» звучал на хурритском как hiyari, что подтверждает родство соответствующей терминологии у современных лезгин и древних хурритов, а также соответствует описанному выше семантическому и лексическому ряду, подтверждающимуся материалом различных языков: утренняя заря, красный, красивый, золотой, солнце, весна и т.д.

Особая важность сельскохозяйственного весеннего Нового Года и точного летоисчисления на основе солярных циклов для аграрных культур обьясняется требованиями, которые предъявляет к оседлым обществам сам характер сельского хозяйства, успех которого почти целиком зависит от благоприятного для данной местности времени посева, выявленого методом проб и ошибок на протяжении многих лет и даже веков. Кочевым культурам несвойственна привязка календаря к солнцу, так как оно не играло такой важной роли в их хозяйстве и в виду кочевого образа жизни у них не было возможностей для фиксации солнечных циклов.  

Учитывая то, что в Иране уже со времен Ахеменидов (VIII век до н.э.) новый год приходился на 21 марта, а праздник Науруз (что означает в переводе «новый день», т.е. новый год) позднее был возведен в ранг государственного, его можно считать исконно иранским или азербайджанским праздником, так как становление иранцев и азербайджанцев, как народов происходило не в Индии, предполагаемой родине индоарийских народов, или в Центральной Азии – исконной родине тюркоязычных народов, а в предгорьях Анатолии, Загроса и Закавказья – в непосредственном взаимодействии с древнейшими земледельческими цивилизациями, этнический характер которых первоначально был совершенно иным, чем это наблюдается на соответствующих территориях сейчас. Неправомерно, однако, считать лезгинский Яран Сувар иранским или азербайджанским заимствованием, так как более древние местные корни этой особой традиции, характерной исключительно для аграрных культур, подтверждаются лингвистическим и этнокультурным материалом.

Отношение к женщине в традициях лезгин — 26 Сентября 2012, Традиции Лезгин

Отношение к женщине было весьма противоречиво. Женщина пользовалась большим уважением в обществе, но в то же время была бесправна в семье, даже по отношению к собственным детям. Мужчина относился к ней как к существу более низкому, основная тяжесть домашних работ приходилась на нее: приготовление одежды, пищи, ведение всевозможных хозяйственных дел и многое другое. Однако на этом основании делать заключение о приниженности женщины вряд ли обоснованно. 

Как правильно подчеркивал Ф. Энгельс, «разделение труда между обоими полами обуславливается не положением женщин в обществе, а совсем другими причинами. Народы, у которых женщины должны работать гораздо больше, «чем полагается по нашим представлениям, часто питают к женщинам гораздо больше подлинного уважения, чем наши европейцы». 

ЖЕНЩИНА занималась домашними работами и пользовалась уважением и почетом среди своих домочадцев, хотя внешне отношение к ней было суровым. Большим позором считалось рукоприкладство по отношению к женщине, оскорбление и унижение ее в какой бы то ни было форме. Позором покрывал себя тот, кто, вопреки обычаю, поднимал руку на женщину, словом или действием скорблял ее честь. 


Oскорблять жену, а тем более бить ее, считалось отвратительным поступком, от такого человека отворачивалось общество, такое оскорбление приравнивалось к кровной обиде. Как ни безрадостна жизнь женщины, однако нужно сказать, что у лезгин крайне редко встречаются акты грубости и насилия против нее. Бить женщину считается позором. Если семейный раздор дошел до крупной размолвки, жена уходит в дом родителей и со стороны мужа начинаются хлопоты о примирении. 

Об исключительном положении женщины-лезгинки в обществе свидетельствует и нераспространение на неe кровной мести. Какая бы кровная вражда не была между фамилиями, никогда не убивали женщину. Если же кто-нибудь совершал подобное преступление, то этим он навлекал на себя величайшее презрение общества. 

Самые непримиримые враги прекращали сражение, если женщина, сняв платок, бросала его между ними. Так было и у других кавказских горцев. В присутствии женщины совершенно не допускались неприличные выражения. Мстить женщине считалось позором, недостойным мужчины.

Если женщина и мужчина шли рядом, то женщина занимала правую сторону, а если вместе с ней шли двое мужчин, то — между ними. В обоих случаях эти положения считались самыми почетными. Наибольшее количество этикетных норм было связано с женщиной. До каких бы пределов не дошло опьянение пирующих мужчин, как бы развязно не вела себя компания молодежи, как бы сильно не было ожесточение ссорящихся, дерущихся или сражающихся — одно появление женщины обуздывало буянов, останавливало и прекращало кровопролитие. Двусмысленное слово в присутствии женщин, неосторожное движение во время танцев, развязность в обращении с девушкой вызывали осуждение всего общества.

@






Ниже приведены схожие материалы: Похожие новости по теме:

Нигерийская культура, обычаи и традиции

Фердинанд Бада, 1 августа 2019 в World Facts

Fabrics for sale at a marketplace in Nigeria. Ткани для продажи на рынке в Нигерии.

Нигерия — многонациональная страна в Северной Африке. С почти 200 миллионами жителей, это также одна из крупнейших стран мира по численности населения. Культура страны разнообразна и имеет тенденцию отличаться от севера к югу. Ниже приведены некоторые из наиболее примечательных особенностей нигерийской культуры.

Язык

Культура Нигерии состоит из нескольких этнических групп, говорящих на 527 разных языках.Число этнических групп и диалектов составляет более 1150. Некоторые из наиболее известных этнических групп включают фулани, хауса, игбо, йоруба и иджау. Этнические меньшинства проживают по всей стране, хотя более высокие концентрации этих групп проживают в северных и средних регионах Нигерии.

Нигерийские традиции

Нигерийские традиции широки и различаются в разных культурах.Например, для нигерийцев типично провести три свадьбы, если только они не женятся на иностранцах. Первая свадьба — традиционная, вторая — в суде, а третья — в церкви или мечети. Обоснование этих свадеб заключается в том, что союз должен быть признан религией, законом и традициями. Среди других традиций — свекровь, помогающая невестке после родов, и молодые мужчины, идущие на обучение у более старших и более состоятельных мужчин.

Нигерийская еда

Нигерийская еда в основном состоит из блюд с высоким содержанием углеводов, таких как маниока, рис, кукуруза, ямс и много овощей. Есть много способов приготовления этих блюд. Например, маниока можно перемолоть, а из муки приготовить вкусную и недорогую кашу. Ямс можно протереть или обжарить в масле.Мясо — это еще один деликатес, который готовится из чего-то известного как суйя (форма мяса, напоминающая мясо для барбекю) и дикое мясо (из жирафов и антилоп). Большинство блюд острые, особенно на западе и юге. Другие формы традиционной еды включают фуфу, эба, бамию, эгуси и огбоно. Напитки включают традиционные сорта пива, такие как пальмовое вино.

Нигерийская одежда

Нигерия сама по себе является домом для нескольких текстильных производств, которые занимаются одеждой нигерийского народа.Мода разнообразна и варьируется в зависимости от этнических групп, культуры и религии. В последнее время стили превратились в более современные. Традиционно такие культуры, как йоруба, носили одежду, такую ​​как геле (ткань, обматываемая женщинами вокруг головы), афбада (халат для официальных церемоний) и другие формы одежды. Другие культуры, такие как игбо, раньше носили одежду только из скромности, в отличие от других культур, где одежда всегда была символом статуса.

Семейная жизнь

Семьи являются важным аспектом нигерийского общества и обычно больше, чем на западе. Большее количество семей объясняется тем, что большее количество детей улучшает социальное положение мужчины. По этой причине к новорожденным относятся с радостью и гордостью, как к будущему. В некоторых северных штатах Нигерии полигамия является законной, и мужчины могут жениться на нескольких женах.Однако ни один из штатов на юге Нигерии не допускает такой практики.

.

Значение лезгинского имени, происхождение и астрология мальчика-лезгина

Главная >> Лезгинское имя Значение


Пол: Мальчик

Значение лезгин название: поспешный

Лезгинское название также используется в этих истоках: Курдский

Курдское значение:

Имя Лезгин — это курдское детское имя.В курдском происхождении имя Лезгин означает: Поспешный

.

Нумерология

Лезгинское Имя Нумерологическое число: 1

Лицо по фамилии Лезгин имеет следующие качества:

Человек, имеющий номер 1, означает, что они творческие, единство, начало, Бог, мужское начало, символ физической и умственной активности.Это число, которое выражает лидерство, индивидуальность типа внимания. Есть тенденция к организованности и амбициозности. Люди занимают первые места во всем, что вызывает их интерес, отражая прирожденного лидера

Имя Значение
Лезига Прекрасное обязательство
Леза быстро, быстро
Лезгинская поспешный
Лезли Название известного шотландского клана написано так, чтобы сохранить оригинальное шотландское произношение.
Имя Профессия Пол Происхождение
Харриет Табман Активисты Женский Американский
Мо Ибрагим Инженеры, Предприниматель Мужской Британский
Алан Янг Личности кино и театра Мужской канадский
Абель Тасман Разное Мужской Голландский
Авраам Коули Писатели Мужской Британский
Ади Шанкара Руководители Мужской Индийский
Эсхил Писатели Мужской Греческий
Эхнатон Лидеры, исторические личности Мужской Египетский
Алауддин Хильджи Исторические личности Мужской Индийский
Альфред Великий Руководители Мужской Британский
Анаксагор Интеллектуалы и ученые Мужской Греческий
Аниций Манлий Северин Боэций Интеллектуалы и ученые Мужской Итальянский
Анна Болейн Исторические личности Женский Британский
Архимед Ученый Мужской Греческий
Аристофан Писатели Мужской
.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *